?

Log in

Previous Entry | Next Entry

Я вижу сон...
Нет, не просто вижу, я живу в этом сне: здесь я свободна от боли и тоски, здесь много света и тепла.
Вокруг много людей, но я в безопасности.
Они улыбаются мне, и, кажется, любят.
Я плачу от счастья.
Я не хочу просыпаться, я не хочу возвращаться в другой мир.
Другой, привычный мир, в котором я нахожусь всегда.

Я не хочу возвращаться в свое одиночество, я не нахожу из него выхода.
В этом, другом мире я, кажется, имею право только работать, а все остальное надо заслужить.

Мой день Сурка никогда не кончается, я снова и снова попадаю в одни и те же ситуации, в знакомые сценарии, только с разными людьми.

Я надеюсь, что эти люди подтвердят, что я хорошая;
И люди подтверждают мою хорошесть, или нет,
я тоже могу верить им, или же нет, но,
в конечном итоге, я возвращаюсь к тому,
что ничего хорошего во мне нет, любить и ценить меня не за что.

Я не люблю смотреть на себя в зеркало, ибо не нахожу в своем отражении ничего привлекательного, и мгновенно обесцениваю свои достижения.

Достижения? А что я вообще сделала?
Работаю на двух работах? И что? Это нормально.

Да, я умею – готовить, планировать бюджет, водить машину, у меня два образования, клиенты меня ценят...
Не знаю, правда, за что. Я не делаю ничего особенного.

Я не подхожу ни к кому близко, держусь на дистанции, потому что, если я вдруг соглашусь открыться, ничем хорошим это не закончится.

...Кто и когда ограничил меня в моих правах? Почему все сценарии повторяются с пугающей регулярностью, почему я никак не могу из них выйти? Почему я мучаю себя, наказываю, почему я так жестко ориентирована на признание извне?
......
Я плачу, не могу остановиться.
Неужели все это случилось со мной?

Да, мне часто говорили в детстве, что я плохая, несносная, что со мной никто не будет дружить, и никто замуж не возьмет...
Я не могла в этом усомниться, я соглашалась с их мнением – они были большие.
Они больше знали, я их любила.
Я от них зависела.

Я пыталась стать какой-то другой - как мне говорили.
Пыталась походить на дочку маминой подруги, на отличницу из класса, даже на старшего брата – тех, кого мне приводили в пример.
Но меня все равно ругали, или же не замечали, и я привыкла к тому, что меня не за что любить.
Меня не за что ценить.

Теперь выясняется, что я по-прежнему так живу, что ничего не изменилось.
Я по-прежнему стараюсь не вызвать недовольства, пытаюсь быть хорошей, жду похвалы,
но меня так же не любят те, кого люблю я.

...Я не хочу, не хочу возвращаться в это поганое детство, не хочу ничего вспоминать.
Там было хреново, уныло и беспросветно,
я отказываюсь признавать взаимосвязь прошлого и нынешнего, я не хочу ничего вспоминать.

Я пытаюсь найти способ стать сильным, хорошим, достойным уважения, любимым – сейчас.
Иногда мне кажется, что это удается, но...
Тщательно выстроенная защита непременно рушится, меня заваливает обломками надежды, я вновь у разбитого корыта.

Я все там же – в ощущении себя лишним, ненужным,
в ощущении себя слабаком и неудачником,
в отчаянии, тупике, в одиночестве.

Кажется, от прошлого так легко не отделаться.

Я сам теперь прекрасно справляюсь с этой ролью. Я сам себя не признаю.

Теперь я сам жду от себя изменений, я сам уничтожаю себя виной и презрением за то, что был собой, был живым...

Теперь я сам жду от себя того, чтобы стать кем-то другим...
таким же крутым, ловким, властным, смекалистым, как ...
такой же красивой, женственной, сообразительной, профессиональной как...

Теперь я сам верю, что любят и ценят других, не таких как я.

Мне кажется, что люди не принимают меня иным,
и я не вижу того, что единственный человек, от чьего непризнания мне так больно –
это я сам.

...«Когда я хотела обратить на себя внимание родителей, они говорили, что я хвастаю и «выпендриваюсь», а хорошие девочки так не делают.
Я как хорошая девочка должна дождаться, когда меня заметят другие люди, и сообщат мне о моих достижениях.
Я и теперь жду, что меня заметят, и скажут, что мне можно выделяться, а еще я тщательно отслеживаю, не хвастаю ли я? Достаточно ли я скромна?»;

...«Со мной повторяется все, что так ранило меня в детстве: когда моя младшая сестра легко, без усилий пользовалась вниманием родителей, я безуспешно пыталась его заслужить хорошим поведением, незаметностью, своей помощью им;
Сейчас все повторяется: более молодые и успешные уводят у меня из-под носа клиентов и мужчин; я в отчаянии пытаюсь понять, что же я делаю не так»;

...«Мне противно признаваться в том, что я боюсь крупных, уверенных в себе мужчин; мне приходится собирать всю свою волю, чтобы выдерживать свой ужас; я ненавижу отца, избивавшего меня и посеявшего этот страх, но больше всего я ненавижу себя - за то, что не могу с этим страхом совладать».

Основной лейтмотив этих и похожих историй:
я должен стать другим и тогда все изменится.
Меня примут, оценят, полюбят.

Почему мы продолжаем себя истязать; почему столько сил направлено на борьбу с собой?
Почему мы продолжаем сами себя винить, презирать, ненавидеть, отталкивать?
.................

Человек соглашается мучить себя только в том случае, если ему угрожает что-то более страшное.

Взрослому человеку потому так трудно выступить против тирании непринятия,
Потому что в душе все еще живет страх ребенка,
Это – страх покидания, оставления, изгнания.

Если не станешь таким, каким тебя хотят видеть близкие,
От тебя отвернутся, отвергнут; ты станешь изгоем.

У тебя никогда больше не появится шанса получить признание своей ценности, тебя никогда не возьмут в свою компанию, тебя не будут любить, тебя оставят без защиты.

Чем меньше наши родители готовы были иметь дело с нашей инаковостью,
тем больше они нас переделывали, отталкивали, не признавали,
и тем больше мы продолжаем нуждаться в том, чтобы они отдали нам то, что мы не получили..

Те, кому не досталось ресурса принятия и ценности,
продолжают заслуживать, и винить себя, и наказывать – все это в страхе отвержения,
в страхе потери надежды, что они не получат права на достойную жизнь.

Именно непринятие родителями инаковости, отличности ребенка от своих представлений о нем, порождает в последнем этот страх,
и он становится главным спутником по жизни.

Непринятие простого факта, что если человек живет, то
Он может быть неудобен, он может шуметь, может выбирать что-то отличное от выбора родителя, может не соглашаться с его идеями и предпочтениями, может хотеть чего-то иного.
Даже если непринятие не озвучено в духе: «Ты мне не дочь, ты мне не сын, если не делаешь то, что я хочу»,

Страх сформируется, если по факту не было права быть собой.
Так мы привыкаем не принимать себя, продолжая от себя чего-то ждать – порой теми же словами и интонациями.

Так что же такое принятие себя?
В чем оно выражается?

...Да, я такая

Я ранимая, обидчивая, я мстительная, я требовательная,
Да, я капризная, да, мне лень делать то, что я не хочу,
И я не хочу все время следить за тем, чтоб тебе не стало плохо.

Да, я не хочу грустить, когда мне не грустно, даже если ты с этим не согласна;
Я хочу выбрать занятие по душе, даже если тебе оно не нравится.

Да, я боюсь иногда, и бывает, завидую, даже если тебя это расстраивает.
Да, я не хочу жестко следовать твоим представлениям о жизни, я хочу иметь свои.

И, представь себе, я не хочу быть похожим на тебя, я хочу понять, какой я сам.
Я непохожий, и я имею право быть таким.

...Я не мог стать другим, учитывая то, как я жил и в каких условиях я рос.

...Вы не можете отвергнуть меня, ибо я ваш сын/ваша дочь по факту рождения,
И даже вы не сможете это место у меня отнять.
Оно принадлежит мне.
Вам придется с этим считаться, даже если вы не в состоянии принять меня.

С этого места я буду строить свою жизнь.

мое место

Latest Month

October 2016
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Paulina Bozek